г. Екатеринбург, Сибирский тракт, д. 12 стр. 1 А, оф. 204

Адвокаты проанализировали Обзор судебной практики ВС, посвященный пандемии коронавируса

Адвокаты проанализировали Обзор судебной практики ВС, посвященный пандемии коронавируса
23 Апреля 2020
Адвокат Михаил Зельдин прокомментировал для Адвокатской Газеты пункт 13 Обзора судебной практики Верховного Суда № 1, посвященный административной и уголовной ответственности за распространение фейк-ньюз о коронавирусе.

Михаил отметил следующее:

В ответе на вопрос 13 Верховный Суд указал, что информация об обстоятельствах распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) на территории Российской Федерации относится к информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан. То есть является предметом преступления, предусмотренного статьей 207.1 УК РФ.
Между тем в частях 9 и 10 ст. 13.15 КоАП РФ речь идет о несколько другом виде информации. Там говорится о распространении общественно значимой информации, которое создало угрозу причинения тяжких последствий (часть 9) либо причинило их (часть 10).

Верховный Суд в ответе на Вопрос 15 настоящего Обзора со ссылкой на закон об информации, информационных технологиях и о защите информации разъяснил, что информация об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, тоже является общественно значимой. Вместе с тем в статье 13.15 КоАП РФ существует часть 10.1, которая запрещает распространять тот же вид информации, что и ст. 207.1 УК РФ. Она является специальной по отношению к частям 9 и 10 ст. 13.15 КоАП РФ.

Сравнивая диспозиции частей 9 и 10 с частью 10.1 ст. 13.15 КоАП РФ и ст. 207.1 УК РФ, можно отметить следующее. Для того, чтобы наступила административная ответственность по частям 9 или 10 ст. 13.15 КоАП РФ, необходимо, чтобы указанная в ней общественно значимая информация не только носила заведомо недостоверный характер, но и её распространение создало угрозу причинения тяжких последствий либо повлекло их причинение. Для наступления ответственности за распространение заведомо ложной информации о коронавирусной инфекции (по ч. 10.1 ст. 13.15 КоАП либо по ст. 207.1 УК РФ) создание угрозы причинения какого-либо вреда не требуется. То есть если в первом случае угроза должна носить реальный характер, то во втором – абстрактный. Более того, такая абстрактная угроза констатируется.

Буквальное толкование статьи 207.1 УК РФ позволяло привлекать к уголовной ответственности каждого, кто распространил даже косвенно связанную с коронавирусом ложную информацию. Так в информации Генпрокуратуры от 17.04.2020, размещенной на её официальном сайте, сообщается о преследовании лица за распространение информации о том, что необходимую для передвижения в период санитарных мероприятий карту жителя Нижегородской области можно оформить, скачав на свой телефон мобильное приложение. Тогда как в действительности приложение скачивать не нужно, карта оформляется на сайте.
Теперь же Верховный Суд указал, что для квалификации деяния по ст. 207.1 УК РФ требуется учитывать условия распространения информации, мотив и цель, подчеркнув ,что уголовно-наказуемыми являются только действия, совершенные для провокации паники среди населения, нарушения правопорядка и т.п. Тем самым Верховный Суд распространил действие уголовно-правовой нормы только на правонарушения, обладающие высокой степенью общественной опасности.

Остался не решенным вопрос о том, как при привлечении к уголовной ответственности будет устанавливаться заведомость.
Сейчас правоохранительные органы используют примерно такой силлогизм :
Посылка 1: На сайте сервиса YouTube выявлен видеофайл «Заражение COVID-19 происходит через тесты».
Посылка 2: На официальных интернет-ресурсах «Стопкоронавирус.РФ», Минздрава России, Роспотребнадзора и Всемирной организации здравоохранения сообщается, что коронавирус передается воздушно-капельным и контактным путем.
Вывод: Информация носит заведомо ложный характер.  

Однако тот же подход, что в административном судопроизводстве, здесь вряд ли применим.  Статья 13.15 КоАП сформулирована прежде всего для СМИ (что и подтвердил Верховный Суд в ответе на вопрос 16). Проверять достоверность получаемой информации и сохранять источник информации – обязанность журналиста и редакции. У «гражданских» лиц такой обязанности нет. Если человек услышал информацию от соседа во дворе, а потом опубликовал у себя в социальной сети, будет ли она заведомо ложной? С позиции презумпции невиновности – нет. Но на практике может быть совсем иначе.